Общество

Вкус Победы Якова Мухонько

Вкус Победы Якова Мухонько

Ростовчанин Яков Мухонько прошел всю войну и принимал участие в двух знаковых сражениях – освобождении Ростова-на-Дону и Сталинградской битве. Все, что происходило с ним во время Великой Отечественной, он до сих пор помнит в мельчайших деталях. Великая Отечественная для Якова Мухонько стала не только чередой сражений и подвигов, хотя во многих он участвовал и не раз проявлял героизм, а цепью событий, полотном, на котором странным образом смешались великие дела и мелкие случайности, а страшное и величественное иногда сменялось смешным и абсурдным. Такой и была эта война, когда не связанные на первый взгляд события и подробности вдруг оказывались жизненно важными, а человек, от которого ты меньше всего этого ожидал, спасал тебе жизнь.

Осталось всего двое

В декабре 1941 года 18-летний донской паренек Яков Мухонько вместе с другими сельчанами получил задание вывезти на подводах из села под Матвеев-Курганом мирных жителей. Услышав шум от приехавших саней с лошадьми, немцы стали обстреливать село, и Якова чуть не придавили взбрыкнувшие лошади, которых он вел в дом, чтобы спрятать. Но ему все-таки удалось переправить по снегу и под обстрелом в безопасное место семью со стариками и двумя детьми. Больше всего его тогда удивило, что дедушка с бабушкой и малыши были довольно спокойны, так как успели уже привыкнуть к обстрелам.

Но боевая жизнь Якова, как вскоре выяснилось, еще и не начиналась. Вернувшись домой, он вскоре получил повестку из военкомата и попал во взвод пешей разведки. Новичков быстро обучили правилам хождения в разведку, а потом забрали все документы, чтобы личность нельзя было установить. И отправили на первое задание — в деревню под Таганрогом, которая была занята немцами.

— Ночью мы переправились со стороны моря по льду, и стоял такой холод, что я отморозил себе щеку, — вспоминает Яков Яковлевич. — Нам с напарником нужно было обследовать и захватить крайний дом в деревне. Напарник залег возле хозпостройки, а я проник в сени и там лицом к лицу столкнулся с немцем, который спрятался от холода. Я только увидел, как блеснул его штык, который оказался прямо передо мной. Схватился руками за штык. Наши силы оказались неравны, враг был выше и поднял меня в воздух. Но тут подоспел напарник и пристрелил фашиста. В качестве трофеев, чтобы показать товарищам по возвращении, мы забрали с собой найденные несколько пачек в красивой обертке. Думали, что это шоколад, а оказалось — сигары.

После удачного похода Якову разрешили съездить в Ростов, где его мама-сельчанка гостила у сестры. Когда он вернулся к своим сослуживцам, то после ожесточенных боев в Синявской из пешей разведки осталось всего 12 человек. Причем из того набора, с которым пришел Яков, выжило всего двое...

В следующий раз, когда полк Якова Мухонько двигался в направлении Харькова, его с напарником отправили в соседнюю деревню за новыми батарейками, которые были необходимы связисту для ведения переговоров с соседним полком.

— Хозяйка первой попавшейся нам хатенки готовила во дворе вареники. Она рассказала, что нужный нам полк уже отправился назад, и предложила угостить варениками с холодным молоком, — продолжает ветеран. — По-хорошему, мы должны были сразу же отправиться обратно к своим и доложить, но у нас слюнки так и потекли! На службе питаться нормально не получалось, одни сухарики и пшеная каша в брикетах, которую мы грызли всухомятку, так как готовить было негде. И только она вытащила из кастрюли дымящиеся вареники, как прибежали местные мальчишки и крикнули, что немцы близко. И тут же мимо забора стали проноситься немецкие машины, одна за одной. Кое-как проглотив вареники, мы накинули плащ-палатки и окольными путями отправились назад. Но надо было пересечь дорогу, по которой все ехали и ехали фашистские машины. Стало темнеть, пошел дождь, а мы все прятались в кустах вдоль дороги. Наконец улучили момент и попытались проскочить. Но не успели — нас осветили фары немецких машин. Я закричал напарнику: «Снимай штаны!» И мы сделали вид, что присели в кустах по нужде. Немцы в темноте приняли нас за своих же, посмеялись и проехали мимо.

Вылечил немецкий врач

Так находчивость спасла жизнь Якову Мухонько и его сослуживцу. Правда, за те самые вареники и долгое отсутствие ему пришлось несладко по возвращении — надо было объясняться в штабе, так как заподозрили в дезертирстве. На этот раз все обошлось, однако смерть подстерегала Якова буквально на каждом шагу. Возвращаясь из родного села, куда его ненадолго отпустили проведать маму, он вместе с другими советскими солдатами в районе от реки Тузлов попал в немецкий плен.

— Мы все были парализованы ужасом, — признается ветеран. — И оружие у нас было, и наши войска неподалеку находились, но страх нас обездвижил. Без труда разоружив нас, фашисты выгнали пленных на открытое место, выдали лопаты и заставили рыть окоп. Потом поставили всех на колени в шеренгу, так, что ноги свешивались над ямой. Я был третьим с начала. А напротив выстроились автоматчики, офицер встал слева с флажком. И вдруг я вспомнил, что у нас не отобрали вещмешки. Я шел тогда из дома и нес мед, сало, молоко, которые мне дали родные. Осторожно снял вещмешок, достал оттуда продукты и предложил офицеру. Он отвлекся, и в это время подъехали две легковые машины, откуда вышли немецкие генералы. Нас решили пока не убивать, а погнать в село Кирбитово на работы. А вот если бы я не отвлек офицера, то сейчас бы, возможно, лежал бы в той яме...

Советские солдаты должны были вытаскивать и носить из большого подвала одного из домов камни, а затем укладывать их на дорогу, чтобы укрепить грунт. От этого дома до дороги пленных возили на подводе. Фашисты предупредили, что оставаться в подвале категорически запрещено — если после отъезда подводы там кого найдут, сразу расстреляют.

— На закате солнца я предложил ребятам, которые работали вместе со мной, план побега. Мы могли спрятаться в этом самом подвале, который немцы уже практически не проверяли, — рассказывает Яков Мухонько. — Согласился только один. Бледные, как стена, мы спрятались по углам, зажав в руках железки, найденные в подвале. К счастью, проверяющий фашист не стал спускаться, и, как только все уехали, мы бросились бежать и преодолели 12 километров до соседнего села. А позже я узнал, что всех, кто были там на работах, фашисты вечером загнали в тот подвал и расстреляли… Теперь я каждый год в канун Дня Победы приезжаю на то место, где находится мемориал, и возлагаю венок. Выпиваю фронтовые сто граммов в память о погибших товарищах. Поначалу, правда, пришлось брать с собой не спиртное, а валерьянку — как увидел ту местность, стало плохо...

Прячась от танков, в жалкой одежонке, которую ему дала одна из местных жительниц, Яков Мухонько пробрался в родное село, занятое немцами. Кое-как переночевал, а утром у него пошла горлом кровь из-за заболевания бронхов. Спас Якова... немецкий врач, приведенный родными солдата. Медик осмотрел больного и принес горсть таблеток, которые должен был принимать Яков. Он не только не выдал солдата своим, но и не взял подарков в виде продуктов, которые пытались ему вручить благодарные родственники больного. «Я дохтур», — сказал он и ушел. Таблетки помогли — через два месяца Мухонько снова вернулся в строй.

В трамваи запрягали лошадей

За время войны Яков Мухонько успел послужить и в разведке, и в минометном полку связистом, и в зенитчиках. Трижды пришлось получать заново красноармейскую книжку, потому что предыдущие приходили в негодность во время кровопролитных боев. Под Сталинградом Яков спас своего начальника связи, толкнув его в окоп и прикрыв собой. В качестве подарка от спасенного командира Яков получил наган, который носил его с собой всю войну и сдал после окончания. Во время пребывания в Сталинграде Якову Мухонько запомнились также трамвайные вагоны, куда запрягали лошадей, чтобы отвезти минометы к железнодорожному вокзалу, так как не было электричества.

Из Сталинграда Яков Мухонько в составе советских войск стал двигаться в сторону Ростова. На этом пути нашим солдатам встречалось много румын, которые без лишних разговоров сдавались в плен, говоря, что они православные, как и русские. А советские полевые кухни кормили и румынских солдат, за что румыны учили наших ругаться на своем языке…

Однажды, когда Яков двигался вместе с пехотой уничтожать пулеметные точки, он отстал от своих и отбежал на минутку за близлежащий сарайчик. И вдруг услышал крики о помощи и увидел лежащего на земле раненого молодого азербайджанца, который схватился за живот и держал в руках свои кишки. Яков стянул нательную рубашку и перевязал раненого. Они успели обменяться всего несколькими словами — солдат только спросил, из какого города тот, кто ему помог. Тут как раз подоспели санитары с носилками и унесли раненого. А уже после окончания войны, в 1954 году, Яков Мухонько услышал по радио в программе, посвященной войне, что учитель из Азербайджана просит отозваться парня, который спас его на Миусе, перевязав ему живот своей рубашкой. Яков все собирался написать ему, но так и не сделал этого – было много работы и как-то руки не дошли. Теперь иногда жалеет об этом.

В память о войне Яков Мухонько получил немало ранений, наград и воспоминаний. Правда, он сам признавался, что, когда его спрашивали, что он хочет получить в качестве поощрения за хорошую службу на фронте, то всегда выбирал не медаль, а увольнительную к маме...

Сегодня, по прошествии нескольких десятков лет, Яков Яковлевич без труда вспоминает почти все подробности своего пути на войне. Он может назвать не только практически все населенные пункты, где служил в составе советских войск, но и улицы, номера домов и имена людей, с которыми он пересекался во время войны. И еще впечатления, навсегда въевшиеся в память. Так, он на всю жизнь запомнил, как в районе Миуса, во время похода за продуктами в штаб, наткнулся в терновых зарослях на кишащие червями трупы троих наших солдат и чуть не умер от страха. И как вскоре после этой страшной находки чуть не повторил судьбу тех несчастных, когда его с напарниками обстреляли немцы — после обстрела запас буханок хлеба в вещмешке Якова превратился в мелкие крошки.

Ростовчанин вспоминает молодую девчонку, с которой целовался во время пути в Сталинград, когда он отбился от своего полка и шел пешком. Вкус горячих вареников, которыми давились они с товарищем в донском подворье, с опаской поглядывая на забор, за которым проносились немецкие танки. Как с перебитой рукой пытался снять снайпера, незадолго до этого ранившего его и отстрелившего пальцы его командиру. Тот мрачный подвал, где работали военнопленные и где он чуть было не закончил свои дни. И еще — мощный гул немецких реактивных минометов, прозванных нашими солдатами «Ванюшами»...

Полина Пустовойтова


Комментарии (0) Войти через соц. сети
Оставить комментарий, как анонимный пользователь
или авторизоваться (так никто не сможет писать от вашего имени)

Смотрите также

В Новочеркасске директора департамента ЖКХ Василия Бушуева оштрафовали за грязный снег на дорогах
В Новочеркасске директора департамента ЖКХ Василия Бушуева оштрафовали за грязный снег на дорогах
Итогами проверки содержания улично-дорожной сети в столице донского казачества стало возбуждения дела об
В Ростове курсанты полиции с помощью стенгазет выразили свое отношение к коррупции
В Ростове курсанты полиции с помощью стенгазет выразили свое отношение к коррупции
В Ростовском юридическом институте МВД России завершился конкурс стенгазет, выпуски которых приурочены к Международному
Невзирая на недовольство ростовчан, в донской столицы расширится зона платных парковок
Невзирая на недовольство ростовчан, в донской столицы расширится зона платных парковок
Около трех тысяч парковочных мест на 27 центральных улицах донской столицы добавится с 12 декабря к уже существующим
Ростовчане возмущены новыми веяниями в цирке
Ростовчане возмущены новыми веяниями в цирке
Ростовчанка Мария Ковалева в популярной ростовской группе в социальных сетях пост про ростовский цирк. "Для
Реклама